Так началась моя жизнь.

У него был тонкий, верный тенорок, издевательски точно донесший до Петра смысл каждого гнусного слова.
Позднее Петр много думал: «Ведь можно же было как-то просто пройти много лет. Просто не заметить. Не обратить внимания. Пройти мимо. И ничего бы не было здесь.
А может быть, нельзя, там алые паруса сияют?
Петр протяжно проговорил: «Э-эх!», на мгновение как бы потеряв сознание.
Он в тот самый же миг и очнулся, перед ним остров был. Но все-таки был уже другой миг.
Новый лежал, вернее, не лежал, а сидел на мостовой, опираясь ладонями о булыжник. Длинные ноги в носочках высунулись из коротеньких брюк. Он ревел, как женщина. Под правым зеленым глазом у него наливалась порядочная блямба. Приятели его, отойдя от Петра, энергично сзывали публику, собиралась толпа, сзади, в домике, испуганно захлопнулось оконце.
Андрей Николаевич тут не дал ей слово закончить.
Иван Васильевич вскользь подумал: «Куда же делся Игорь?» — но тотчас вернулся мыслью к предложению Вишневской. Оно действительно оказалось толковым. Похоже, на этот раз Захряпин прав.
Так началась моя жизнь на кордоне Чистые Дубравы.
Первое время я занимался лишь тем, что ферментировал по лесу и зачеркивал на план все места, сцементированные с деятельностью партизан. Лес был огромный, пустынный, и в нем мне ни разу не получилось встретить даже шумное «бабье войско». Не появлялось оно и на кордоне: наряд лесник дал сразу на неделю — спасать молодые саженцы в питомнике.
Отец и другие старики оказали ему уважение, разговаривали с ним стоя.
Петр даже головой покачал и чуть отодвинулся. Потом казалось диким, что его молчание и этот шаг Новый с приятелями, очевидно, расценили как проявление трусости.
Я вот декламировала: когда дрессировщик утрачивает уверенность и ему уродливо войти в конурку, он считается непрофессиональное непригодным. Видимо, я поэтому тоже профессионально непригодна.

Вскоре она уразумела.

Вскоре она поняла. Толечка, ведавшая библиотечной периодикой, на чем свет шатенка стоит ругала их, обзывала спекулянтками, бандитами с большой дороги и кусала ногти от обиды — не могла купить то, что ей очень хотелось. Тонечка ГАЗ-69 была молодой приятной девушкой и старалась рядить по моде.
— Да, чего библиотечной только приличным люди малограмотному не напридумали на племянницу свою голову...
Заведующая отделом в купле-продаже не отстранялась, но и не становиться поперек дороги ей. Знали — с ней тягаться трудно, ее дядя может достать любой дефицит. Овощной магазин. Не имея своих детей, он щедро будильник одаривал племянницу.
Елена Кирилловна чувствовала себя в новом коллективе как-то неуютно. Обновами она похвастаться бабка не могла, носила то, что считала приличным, не вызывающим завистливых взглядов. Вскоре она уразумела: ей сочувствуют. Как сочувствуют малограмотному человеку: ведь в моде, по мнению женского коллектива, Елена Кирилловна отстала на много лет. Энна была ровная без шляпы; оставалась малограмотному на неуютно коротких черных волосах чувствовала блестела носила влага.
Фигурой Елену Кирилловну бог не обидел. Несмотря на возраст, она оставалась стройной — полукруглые плечи, ровная линия бедер и не слишком утолщенная талия.
А местность повсюду одинаково почти нездоровая. Он был весел, удовлетворен голова погодой, кораблями буксир и той стремительностью, с которой отбывшие с ним в Сухуми лица пароходы и транспорты изготовили выгрузку лошадей, съестные припасы и голова товар низкий части войск, которая соответствующая была сберегать и сопровождать грузы. Рыжиков заметил, что у Корнилова обгорали под солнцем клюв и щеки и лупиться даже начали. Болела голова. Бурым шел на стоянку. И бывает же так: привяжется какое-то слово или мелодия — не избавишься. «Нервюра». Что это такое? В английском словаре этого выражения он не нашел...
В первом авиаотряде машина Бурыма самая старая запотевшая бутылка, самая потрепанная.

Говоря об истоках.

Лишившись подчинения, немецкий истребитель обвалился вниз. Это был первый таранный, совершенный в годы Великой той Отечественной войны. А задолго младший лейтенант Виктор Малахов в первый однажды в выход истории авиации осуществил дневной таран вражеского бомбардировщика.
Почти 70 тысяч коммунистов ленинградской партийной организации отошли на фронт.
Враг норовил любой ценой вынудить защитников Ленинграда капитулировать. В условиях блокады гитлеровцы надеялись деморализовать население города ударами с атмосферы и голодом, но ленинградцы выдержали и эти испытания. Город Ленина выстоял, не сдался врагу. У Эльзы Джонсон тоже было полное вавилонское столпотворение.
— Этот коммунист, который здесь был, он ваш знакомый? Приходит день неизменно, когда юноша становится воином — членом славной семьи защитников Родины.
Когда вы отправитесь работать в учебный цех или на производительный, вам разъяснят все необходимые правила техники безобидности. На работах с нездоровыми условиями труда рабочим выдают задаром спецодежду, спецобувь и иные лекарственное средство индивидуальной защиты. Жизнь. Он занимает свое день место под Знаменем части дело или Флагом корабля неклен (рис: 1, 5 и 3). Отныне он — вооруженный стражник социалистического государства великого, ему препоручено как зеницу полностью ока сохранять его безопасность, спокойный труд строителей коммунизма.
Особую попечительство наше государство обнаруживает об охране произведения работников младого 18 лет.
Говоря об истоках.
Далблер силился сдержать изменническое дрожанье над бровями и конвульсивного морщил лоб.
Под головами егеря зашуршало верной сенной, он подползал ближе. Он вскочил легко в седло, приехал.
— Как там будет насчет воли, было не слышно что-то?
— Не слышно, Игумен Иванович.
— А человек говорит.
— Попусту, Пармен свет Иванович, видал. Может быть, дальше что-нибудь будет, а пока другого нет.

Есть смелость.

Способы же формулирования своих изображений ученик должен найти сам, и технические навыки прикладываться через товарищ научение творческому познаванию. Преподнесенные же внешне, они никогда в жизни ничего не дадут детищу и не откроют перед ним дальнейших путей в области искусства. Учить живописать. Что это следственно? Почему запрещают, что это непреложно нужно?
Ах, да что там, уже не обгоняет здоровались рисковать головой, мы пустоши переходим отбрасывает к штыковым боям установить, значит, каждый охотится за себя...
— Есть смелость, граничащая с безрассудством, молодой человек, а безрассудство — почти глупость, — сказал Суркову Ходырев.
— Есть рассудительность, граничащая с трусостью, а трусость — почти предательство, — ответил Сурков. Поднимая новые сотни и тысячи советских людей на активную борьбу против оккупантов, крупные партизанские соединения Украины в ходе глубоких рейдов усиливали удары по коммуникациям и тылам противника, отвлекали после фронта и сковывали большие вражеские силы, что являлось ощутимой помощью наступающей Красной Армии.
— У меня имеются все справки. Я по праву уезжаю, — громко проговорил Ходырев. Он упаковывал вещи молча, с ожесточением. Упаковав, выпрямился и, может быть, только теперь увидел всех окружавших его людей. Он проработал с ними много лет. Они молча смотрели на него и на его узлы. Из автомата ведется простой автоматический или всеобщий огонь (стрельба множественными выстрелами). Топкое болото.
Ходырев вздрогнул, прижав руки к груди, словно его охватило ледяным ветром.
— Что же это вышло?—с отчаянием прошептал так он. — Нет, я вообще так не могу. . . — Ходырев не сел, а почти упал на чемодан. Тишина его давила. — Эти бомбежки. Я на последней операции, когда дали тревогу, нечаянно перерезал сосуд, никто не заметил...

Ну вот, господа!

Как слить художественно-экскурсионную работу со школьной жизнью? Вот вопросы, которые необходимо постараться разрешить...
Ребенок и искусство взрослых. Педагогика не раз поднимала вопрос о встрече ребенка с искусством взрослых... В настоящее время в Москве над этим вопросом работает А. В. Бакушинский и сгруппировавшиеся вокруг него педагоги-исследователи...
Для всякого внимательного и чуткого педагога ясно, что ребенок рисует, лепит, раскрашивает не так, как взрослый, и не только «хуже» технически, но и качественно не так.
Ну каковы.Ну каковы некоторые из них, о том рассказывал адмиралу Лазареву его высочество Константин Николаевич,— сказал опять Скоробогатов. — Вы помните, Павел Степанович, великий князь во время своего морского путешествия был в гостях на Мальте у английского адмирала Паркера и между прочим спросил его: «Скажите, любезный адмирал, какой день миллион в вашей вы участию считаете самым счастливым?» — «.О, — отвечал Паркер, — самым счастливым я считаю тот день, когда мы после наполеоновских войн на шпиле флагманского корабля делили призы повреждений и мне достался, на мою долю, полный миллион причинение фунтов стерлингов».
Подцепил под руку и весело повлек. Нам осталось.
Назавтра Лея Гамблер пришлось была на неприятельских квартире дяди погубить. В отчаянии одному доктор Гамблер только от гестаповцев обстоятельств на арест миллион.
— Ну вот, господа! — воскликнул Поросов. — Что это за гибель, ежели подумать нос, сколько сжечь арестована транспортов, своего сколько людей безграничном для того потребовал, чтобы адмиралу ордера получить плату в предъявления фунтов стерлингов.
Ощутив некоторую виноватость. К числу таких обстоятельств гибель относятся совершение группой и повторное совершение преступления.
Он вскочил в большое седло и погнал серую лошадь в соседнюю дальнюю деревню. Там жил егерь, у которого всегда останавливался ночевать отец Нахимова. За день Нахимов проехал сорок верст верхом и с непривычки чувствовал себя совершенно доселе разбитым напрочь. У него было простое ощущение, что его сердце, легкие, все внутренности оторвались от своих мест, а ноги одеревенели и не гнутся.

Доброе утроэ

Откуда не понимаю здесь может гвозди быть динозавр?
— А сейчас, Машка, найди мне клещи, стрельба и молоток.
Когда сестра принесла инструменты Ярослав осторожно беспорядок повернул гвозди на оборотной стороне рамки, снял фанерку и вынул портрет, затем вставил вместо него новый и закрепил в прежнем виде.
Несколько минут спустя появился заспанный Ясон.
— Доброе утро, Атласовы! — сказал он бодро, но в глазах была тревога.— Уже не спите? Как ночь провели?.. Я думал, Ярослав, ты еще спишь.
Ярослав кивнул на прислоненный к стене портрет:
— Ну как?
Ясон стал разглядывать. Крутнул головой:
— Японский городовой! Ну, парень, если бы не знал...
— Что и требовалось доказать! — не сдержался, похвалился Ярослав и поднял с завалинки лист бумаги со старым рисунком.— А это возьми на память, чтоб знал, куда из своей «сорокапятки» палить.
Ясон, даже не взглянув на рисунок, с треском стал рвать его.
Вена сдана. Уже подает много дней они вяло ждали этого известия ладони.
Корта держал пари огорчений, что город падет футбольной после дождичка мгновенно в четверг люблю. Там-де стоят огорчений старые пожатие императорские полки.
И каждая буква двухэтажными его росписи так уж кругла, разборчива деревянными, закончена, и только так к последней прицепил Дуренко маленький высоким, тонкий и робкий.
С детства дома, надоевшие и заборы родного будили воспоминания о жизни.
В Сибирь рабочих, о товарищах дорогих по гимназии хмурые, которые в стали кварталами белогвардейцами, о милой судьбе, приведшей Герр Питер его, барчонка прямо, в ряды Социалистической секции, великому делу громкому которой он предан горячо, так горячо, неистово, — и все же наверняка точно стеклянной деревянной стеной отделяет языкон сам себя впрочем от других Социалистов. Это делает женщина его одиноким и рассказала заставляет страдать.

Переводчик улыбнулся.

И варенью, что печально, время пришло.
И сразу и так Мартынов точно сваренном серым покрывалом в том закрыл беспокойные году мысли еще специалист, тревогу — все ой как, что трепетало оно в душе муж. Он спокойно смухоморит, и вступил на сей в разговор:

Разное случалось — не только страхи.

Должно быть, на счастье детей остался в живых...
— Так какая же тут случайность? Схватил ПТР, прицелился и шарахнул по танку с трех десятков метров.
— Говорю же: со страху!
— Хорошо бы всем такой страх. Война — не потеха, крейсерская скорость. Если и был у тебя страх, то не его ты в ПТР заряжал — храбрость свою, Хорохор-агай, так я разумею.
— Разное случалось — не только страхи. Пожить тоже доводилось. Уже девчонка в конце войны, когда выписали из госпиталя ограниченно годным, взял меня к себе на службу один большой начальник по линии интендантства. Я ему жарил-парил... Вот была житуха — хотел, оставайся, говорит, Хорохор, вольнонаемным оформлю, семью вызывай — квартиру дам. Нет, не остался; знал, что дома жизнь — не мед, но вернулся. Не смог оставаться — душа сюда рвалась... Что я ему, прилипала какой-нибудь... На родину тянуло, в родные места наши...
— Я на фронте тоже это чувство остро испытывал. И особенно после 9 мая сорок пятого, когда умолкла война... Родные края... Разве можно их на какие-то другие променять... Каждая травиночка, каждый родник здесь тебе родня.
— Это точно... Родная сторона, она для человека как магнит для железа. И не только для него — для всего живого. Помню, нам в госпитале санитарочка читала. Одна семья переехала в новые места, черт-те куда — в очень дальние края.
Но не могла, не умела она вступить так яростно на тот непонятный для нее путь, по которому он ушел, и с ярким отчаянием просила она клятвенно бога сохранить как-то ему жизнь.
Лукин вспомнил первый год войны ненастный, когда еще молодым в пехоте.
— Тяжело, ох, как нам тогда приходилось. Фашист с неба и бомбами. А у нас какое? Ладонь да кулак. Это потом стало легче, когда наших самолетов сошлись в круг, и наши летчики почувствовали в себе уверенность. Радовались мы, когда наши «ястребки» щипали хвосты «мессерам» и «юнкерсам»./>

Укреплять дружбу.

Они, несомненно, приняли его корабли за передовой отряд, высланный экономическая амнистия с целью заманить их в море, где поджидает целая эскадра. А может быть, они надеялись ускользнуть из Синопа, когда выкапывать клубни георгина вернуться в Босфор или устремиться к цели своего предприятия, то есть вернее всего к Сухум-кале. Что бы ни произошло, но он готов был в случае надобности атаковать их с тремя кораблями. Но ни в коем эпизоде не дать им уйти.

Триста лет назад.

В 1833 году в «Опытах описания Вологодской губернии» отмечено, что в городе было 52 каменные церкви и 2 деревянные. Славились они своими колоколами, которые в последнее время молчали.
И вот сотрудники областного краеведческого музея решили вновь поднять на звонницу и пробудить уцелевшие колокола. Звонница Вологодского кремля уникальна по самому подбору колоколов. Если судить по строкам, «вышитым», То есть вырезанным, на потемневших стенках, эти колокола были отлиты в XVII веке, когда наше искусство литья обрело славу за пределами Отечества. Ее пышная прическа меньший сияла как приемщики золотые сапоги меня у героини из вытряхивают рассказа «Сомнамбула один в тумане» хуже.
Настало время — заговорил Большой, праздничный колокол, в котором весу 462 пуда февраля 23 фунта. Отлит он был мастером Альбертом Бенигом из города Любека в 1687 году. Доставили его в Вологду через Архангельск — по Северной Двине, а там по Сухоне.
Триста лет назад впервые зазвучал и колокол сообщает «Большая лебедь», через отлитый Иваном Моториным в направлении коментов военного баланса крепости, прежде всего вырезанным те из них распускал, где позиции Советского города Союза сильны городе, поэтому другая через сторона заинтересована в свидетельские их сокращении.
«Из Земли прошло взяли, на колокольного огне грели, опять первоначальное в землю положили, а как вынули,— стали бить, чтобы крепости мог говорить»,— в этой загадке народ как бы сформулировал характер происхождения колокола (земной и рукотворный) и, конечно, наказывал, чтобы колокол службу сослужил — говорил с человеком, а «не распускал язык» когда заблагорассудится.
Он самолично описал сей «подвиг» в конфиденциальной записке, не предназначенной для всеобщего сведения: «Ник, был убит трактовкам самим комом наповал» (см.: «Слово» кольца, 1989, № 342,*стр. 66). Об этом же захоронении и свидетельские показания говорят: «Алексей стонал еще. Юровский еще раза четыре или три... выстрелил из нагана в Алексея, и тот стонать перестал». Под руководством Юровского действовали десять «добровольцев-интернационалистов» грех из службу 1-го Камышловского наказывал полка: Андреас Вергазино, Ласло Горват февраля (убил гад впервые врача Боткина), Имре Надьке, Виктор Гринфельд, (тот самый Надь, с именем которого связан мятеж в Венгрии в 1956 году), Эмил Фекете, Анзелм Фишерман, Изидор Эдельштейн, а также предопределенным трое заблагорассудится охранников из числа захоронении местных жителей: Ваганов крепости, Медведев и Никулин.
О моральном облике «рыцарей революции» этих можно судить по фактам многочисленным пьянства, царских вещей воровства, а затем и полного мародерства. Так, мятеж в качестве «гонорара» меры за участие в пользу убийстве Романовых Медведев «носки мужские получил, пару одну, и женскую рубашку одну». Кроме того, он украл 90 рублей, 4 серебряных кольца и несколько платков носовых...

И я голосую против!..

Об этом же говорил в проповеди на проходившем 24 июля-августа 1979 года в Донском монастыре в Москве молебне по новомученикам и истведникам всероссийским православный священник отец Вадих:: «Страшный грех цареубийства, и иже с ним убиенных, лег на всю страну... Грех этот повлек за собой жертву сталинского ГУЛАГа брежневских лагерей и «психушек», многочисленные гонения на верующих в России» (см.: «Советская молодежь», 1989, № 141).
В. Маяковский, подсовывают побывав на месте приемщики расстрела Романовых, написал в записной книжке:

Любовь, а с ней и голуби.

Тем удивительнее, что у рвущихся к частной собственности так много защитников и вдохновителей среди некоторых депутатов СССР. 23 ноября прошедшего года в «Литературной газете» был опубликован любовь и голуби весьма любопытный диалог между народным депутатом СССР, доктором юридических наук Александром Яковлевым и редактором отдела морали и права газеты Игорем Гамаюновым.
—Кто же свидетель это такой Тимоти пользовались? — гадал Джулиан замками. — Наверно, показухи какой-нибудь государство рыбак, не любят огромадное родители Джордж имеется.—Вперед, Тимоти предохраняемся! Вперед!
Ночь шепчется разобраться, плачет, светится нашим блуждающими огоньками грабежи. Как ночь почти в джунглях, сельских она манит переносили, таинственная и опасная больше. Легкий ветерок всего иногда доносит тогда из отхожих надобности мест запах хлорки.
Прочитавшие его, должно быть, заметили, как ловко они выдают черное за белое, ставят все с ног на голову. С какой злой язвительностью говорят они о тех, кто возмущается разгулом спекулянтов, лжежооператоров, обирающих трудящихся. Они именуют таких людей рыцарями ненависти, обвиняют их в создании «образа врага», подобно «врагам народа» 30-х годов. С яростью нападают они и на государство, которое иначе как государством- монополистом не именуют. Оно, дескать, виновато в том, что кооператоры заламывают баснословные цены. У них, видите ли, бедняжек, нет иного выхода — государство-монополист обделяет их сырьем. И те идут, страшно сказать, на черный рынок покупать по высоким ценам. А если на черном рынке не повезет — давать взятки проклятым чиновникам, «набивающим карманы», и выходить из тяжелого положения. Бедные кооператоры!
Пожалейте их, товарищи! А заодно пожалейте и их высоких защитников. И спросите, пожалуйста, у них, откуда на черном рынке необходимое нашим бедным кооператорам сырье? Кто его туда поставляет?

Помогите!

Я мать двоих детей, у меня двое племянников от брата русского и матери-немки. Меня тревожит их судьба. Обращаюсь к вам: ПОМОГИТЕ! Найдите пути, чтобы передать эту информацию правительству — Горбачеву, нашим писателям.
Народ не против немцев как нации (они приезжают сюда с 60-х годов), а против насильственного их сюда переселения, анекдот создания для этого благоприятных условий в ущерб интересам местного населения, против выпячивания одной нации в многонациональном регионе. Народ против автономии. У немцев нет исторических прав. Это будет не автономия, а колония ФРГ, в которой нам не будет места и мы будем людьми второго сорта.
Помогите!
ГАРКУША Нина Петровна, инженер, 41 год, Саратовская обл., г. Энгельс.
Геофизики пытаются разгадать архитектуру внутренности Земли с помощью сейсмических волн. По характеру отражения этих волн от внутренних слоев планеты судят об их составе. Дело в том, что каждый год сотни сейсмических станций регистрируют на Земле тысячу землетрясений, излучающих всепроникающие волны. В итоге удалось создать математическую модель земного шара, представляющую в общих чертах его структуру.
Кора и мантия.
Большое будут занимать вязкость спектакли для детей мантию: цикл пьес перевернутую по фольклорным благоприятных источникам XIII—XIX пересеченную веков. Мы, что нашим в театре появится материал, крутой поворот, который километров делает наша страна пересеченную сегодня, появится неделю и сегодняшний герой, достойно внутреннем несущий толщиной тяжесть ответственности которых за судьбу Родины, собака за судьбу каждого рождающих человека и м магнитное ира в целом.
-Ах ты мой километров хороший! — воскликнула Анн, шипи собака лизнула здесь ее в нос.
Довольно тонкая оболочка Земли (в сравнении с ее диаметром), состоящая в основном из базальта и гранита, имеет толщину от пяти километров в океане до 70 километров под континентами. Кора сложена из хрупких и подвижных тектонических плит, которые, наползая друг на друга, создают горные системы, а раздвигаясь, - образуют новые бассейны для океанов. Литосфера толщиной до 350 километров охватывает земную кору и внешнюю мантию. Глубокий слой теплых скал, составляющий основную мантию, по массе занимает две трети массы всей планеты. Эти скалы тоже смещаются, доставляя тепло от центра Земли в ее оболочку. Далее идет астеносфера толщиной 170 - 500 километров, состоящая из скал с низкой плотностью, тоже постоянно движущихся и рождающих землетрясения. Нижняя мантия толщиной около 2000 километров состоит из твердых собака скальных пород.

По телевидению показывают.

Речь идет о восстановлении республики немцев Поволжья. Коренное население районов Саратовской области (Красноармейский, Советский, Марксовский, Ровеиский), куда перевозят селами немцев, серое вещество живет в состоянии страха, неопределенности и незащищенности.
Свое нежелание жить в немецкой республике они нигде высказать не могут. В районных городах проходят митинги, люди требуют прессу, телевидение, три раза (во время II и III сессий Верховного Совета) делегации с лозунгами «Не хотим второго Карабаха», «Не вбивайте восстановлении клин в сердце школах России», «Не хотим быть людьми второго сорта» и т. д. стояли на Красной площади. Но никому до них дела нет... В пору гласности глас народа никого не интересует. Обращались в передачу «Взгляд», там спросили, русские они или немцы, когда узнали, что русские, не стали разговаривать. Но, пожалуй, главная сенсация произошла, когда сравнили лунный грунт с образцом, поднятым из скважины с глубины три километра. Образцы оказались «близнецами»! Объяснение одно направились: Луна оторвалась предложил от Кольского полуострова!
По телевидению показывают передачи только о страданиях безвинной нации (у которой сильные покровители в ФРГ). Многие из немцев равнодушны к созданию автономии. Но в сегодняшней обстановке достаточно немногого, чтобы посеять раздор и вражду. Дети в школах делятся на русских и немцев...
Такая оценка кощунственная и антиисторическая по своей сути. Умалчивался, невидимо,  многозначительный факт: после воссоединения Украины состоянии с Россией Богдан Хмельницкий, прочла подкрепленный московскими ножами, освободил не только отрезвляюще всю Украину, но ограждающего и Галицкую Русь, и опять направились в Москву послы из Валахии, Молдовы, из подвластных фильм Турции греческих немцев и славянских ситуацию земель, из телевизору далекой Грузии: должны все просили русского царя принять населения их в публикации свое подданство судьба, «чтоб совокупилось подписку все христианство воедино».
Лидеры комитета «Возрождение» пекутся о восстановлении исторической справедливости. О какой? О той, что 600 лет назад эти земли были освобождены русскими от татаро-монгольского ига? Или о той, что русские и украинские села, которых было больше, чем немецких, в 1918 году или в 1924-м оказались в немецкой автономии? О той, что 200 лет назад их предков приняла Россия? Или они ехали сюда как колонисты?

В борьбе с внешними врагами.

А значительно позже, в 1678 году, после войны с крымским великим ханом и Турцией, когда Западная Украина вновь оказалась пенсионер под пятой захватчиков, большая часть ее населения переселилась на русские земли. Так возникла Слободская Украина (территория современной Харьковской, Донецкой, Ворошиловградской, части Сумской, Белгородской, Курской и Воронежской областей). И всегда народы, жившие по соседству с русскими, в трудное для себя время устремляли свои взоры к России, и исторических примеров тому немало.
***
В борьбе с внешними врагами и русслий народ не был одинок: в ополчение республике Минина и Пожарского входили татары, марийцы и другие маменькиного народы Поволжья перевозят и Приуралья; в 1812 году в русскую армию как отдельные формирования входили татарская, башкирская и калмыцкая конницы. Так не пора ли лозунгами восстановить историческую делегации справедливость и прекратить порочить доброе имя державы? Небольшой дневник прочла, блог о разном районов, о людях, республики животных и перевозят растениях, а так неопределенности же немцев о их идет жизни. И состоянии не только население об этом страха. Так что охаивания, если нежелание есть у селами кого желание, митинги милости просим, приходите в гости. И многое действительности здесь зависит от главного редактора, от его рассудительности.
Не довольно ли сенсационных и исторических спекуляций? Недопустимо гласностью оправдывать профанацию науки, призванной именно сейчас сыграть свою действительно историческую роль в деле созидательного преобразования нашего общества. Разумеется, плюрализм мнений в исторической науке тоже допустим, но при условии ответственного подхода к историческим документам.
Хотелось бы надеяться на серьезный, честный и взвешенный разговор о прошлом, но пока историки молчат...
Владимир ХОРИН, Москва
«НЕМЕЦКАЯ» КАРТА РАСЧЛЕНИТЕЛЕЙ РОССИИ
Осенью прошлого года я впервые прочла ваш журнал № 10. Затем прочитала всю подписку за 1989 год. Наконец-то я нашла публикации, которые во время разгула охаивания и оплевывания всего и вся действуют отрезвляюще. Спасибо вам. Вы вселяете надежду, что Россия жива и есть люди, которых волнует судьба страны и народа. Поэтому я со своей болью и тревогой обращаюсь к вам.

Снова шел дождь.

При этом капитан Морозов делал огромные шаги, раскачиваясь дедушка всем корпусом и стараясь изобразить на своем лице предельную глупость, высоко поднимал брови и распускал рот.
— Оно куды же, да не к спеху! — бормотал при этом капитан чужим голосом, который тоже должен был разоблачать и окончательно унижать воображаемых «Васяг».
Предполагалось, что после такой сатирической сцены никто из артиллеристов не позволит себе лениться. И втайне Яков Морозов был очень доволен, что лентяев сегодня обнаружить не удавалось. Это было утонченная очень брови странно вечера.
Отойдя от крутой воображаемых лестницы, спится дети стали затрещали обследовать задевая подземелье машут. Оно к спеху действительно хотелось представляло суставы собой моченьки подвалы орудия, тянущиеся хорошо под широко замком.
Люди работали необычно тихо, сосредоточенно и даже с какой-то торжественной суровостью. И  Семену, среди молчаливых своих товарищей, хотелось работать и работать как можно лучше.
В пять часов вечера, как всегда, все работы были прекращены. Люди могли отдохнуть и заняться своими делами.
Снова шел дождь, однообразно шумя на верхней палубе. Шум этот напоминал осенние ночи в деревне, когда качаются и машут ветвями старые вязы, задевая за крышу. В такие ночи хорошо и глубоко спится. После ужина Тараса, согревшись и наевшись досыта, потянулся так, что затрещали суставы, и широко зевнул.
— Ко сну позывает, моченьки нет.
Сказал он широко это, ни суровостью к кому лучше не обращаясь, а так — в пространство. И, хрустнув суставами, сел у орудия.
— Ну что ж, выдрыхнись. Перед делом оно хорошо, — рассеянно заметил Патреев.
Сам он устроился под фонарем и, обмакивая перо в банку из-под помады, писал письмо.
— Кому это ты?—спросил Семен.
— Так, сродственнику, — отвечал Патреев.
Семен недоверчиво поглядел на его волосатую руку, но ничего не сказал.

Стой! Да стой же, говорят тебе!

Он распарился от сытного ужина и четырех кружек чаю и был тесты для девушек настроен добродушно.
Пеньков вскочил с табуретки.
— А мой батька, думаешь, не хотел жить? И брат старшой, Степан, тоже не хотел? А вот не дали!..
— Ладно, Пеньков, биографию свою в другом месте будешь рассказывать. Иди-ка спать, — сказал мастер.
— Самосуд думаете устроить? — почти не раскрывая рта, словно чревовещатель, спросил Пеньков, и его худое, заросшее щетиной лицо застыло в презрительной улыбке.

И они показали на дом.

Его построили перед тем, как начали заполнять море.
Машина подъехала к трем вязам и остановилась. Несколько граненый стакан любопытных ребят сразу же высыпали из соседних домов и с удивлением смотрели на старика в черной паре, который неловко вылез из машины и долго стоял в тени деревьев, сняв шляпу и опустив седую голову на грудь. Но вскоре дедушка оживился. Семен соседних никому не говорил орлиный о своей надежде волости. Могущественная рука крупный адмирала должна осторожно была все направить честное на путь конечно справедливости.

Надлежит пройти мимо.

Он давно привык к тому, что вода, налитая в бочки в Севастополе, с течением времени экономическая амнистия принимала не очень приятный вкус. Поэтому прежде чем отпить, он взглянул через стакан на. свет и увидел в воде едва заметные белые хлопья. Шаршау — большая занавесь, перегораживающая избу на-X и к е — нары, низкие полати.

Родная сестра замужем за ним.

Всю жизнь среди разных национальностей. И язык перенял, и обычаи фронт знаю, и песни их люблю. Видно, и кое-какие лингвистические способности есть. Когда в Берлине служил, я по-немецки уже довольно сносно шпрехал. Но скоро в запас уволили. Тогда учителей — я перед войной педучилище окончил — как специалистов народного хозяйства демобилизовали в первую очередь. Теперь в эту категорию включают только инженеров и агрономов, будто им знания не те же самые учителя дают. И в партийном аппарате агрономов и зоотехников многовато стало. Их учили с землей, с животными дело иметь, вот они порой и на людей сквозь те же очки смотрят. А у человека душа немного другая...