пятница, 16 сентября 2011 г.

А сколько крови.

grudnichok

Это созвездие туркмены называют Акмая — Светлая Верблюдица. Акмая — животное особой, сильной породы, почитается у народов Средней Азии как символ прекрасного.
При том однообразии струилась горная речушка: по ее берегам виднелись редкие приземистые шелковицы, а на самой излучине высилась старая мельница, скрипевшая обветшалым, замшелым колесом. Рядом арбы, фургоны, ослы, груженные тощими мешками...
Маллесон заскользил взглядом вниз по речке, которая привела к аулу Ашхабад, к. приметному байскому дому; по соседству с ним ютились неказистые мазанки, ветхие юрты, камышовые навесы. .. Где-то здесь жил Овезберды Кулиев. Глазу не на чем остановиться — нищета нищетой. Как в такой убогости, в дикой степи, у черта на куличках мог родиться человек, за которым бездумно пошли его соплеменники?! Это о нем бахши, здешние барды, слагают песни, а люди в молитвах вслед за аллахом называют его имя, человека, которого все, стар и млад, зовут Овекге.
А сколько крови он попортил ему, Маллесону, и Тиг Джонсу, начальнику контрразведки миссии, прежде чем изловили! И то помог счастливый случаи. Объявили даже награду за голову — десять тысяч рублей золотом. Живым или мертвым. Развесили объявления во всех городах Закаспия. Никто не клюнул на приманку, а о туркменах и говорить нечего, не нашлось среди них ни одного предателя. Один русский полковник в отставке, большой друг Англии, служивший еще в штабе Скобелева, отговаривал Маллесопа:
— Пустая затея. Лучше меня туркмен никто не знает. Еще Скобелев, осаждая крепость Геок-Тепе, пытался найти среди ее защитников предателей, завербовать хотя бы одного туркмена. Не удалось! Мне даже жаловался: «Удивительный парод туркмены! Меж собой грызутся как псы, а друг друга чужому не продадут.» От дикости, от серости все это. Так что, батенька, зря стараетесь.
Английский генерал не мог постичь главного.

Комментариев нет:

Отправка комментария